0

Специальные основания освобождения от уголовной ответственности

Дата размещения статьи: 16.10.2017

Для освобождения от уголовной ответственности по определенному в законе конкретному составу преступления, помимо общих оснований, предусмотрены специальные. Такие основания закреплены в примечаниях к некоторым статьям Особенной части Уголовного кодекса Республики Казахстана, в которых прямо указано, на какой состав (если их в статье несколько) распространяется их действие. В теории подобные примечания также носят название "законодательные оговорки".
Специальные основания освобождения от уголовной ответственности возникают не в момент совершения наказуемых уголовным законом действий, а, как и общие основания освобождения от уголовной ответственности, после их совершения; при этом специальные основания в отличие от общих распространяются не на все, а только на отдельные виды преступлений.
Основными целями освобождения лица от уголовной ответственности по специальным основаниям являются возможное уменьшение или предотвращение общественно опасных последствий совершенного преступления (например, своевременное уведомление органа государственной власти о преступной деятельности), а также формирование у лица, совершившего преступление, социально полезного постпреступного поведения, которое заключается в совершении соответствующих позитивных действий (освобождение похищенного человека, сдача оружия, наркотических средств и др.) .
———————————
Леоненко И.В. Понятие и классификация специальных оснований освобождения от уголовной ответственности // Рос. следователь. 2013. N 17. С. 30.

Практика борьбы с преступностью свидетельствует о том, что подкрепление норм, предусматривающих уголовную ответственность за преступное деяние, правовыми предписаниями, освобождающими от уголовной ответственности при наличии на то законных оснований, существенно повышает значение уголовного закона в деле профилактики преступлений . Если обратиться к примечанию ст. 125 "Похищение человека" Уголовного кодекса Республики Казахстан, то лицо, совершившее указанное преступление, освобождается от уголовной ответственности при наличии двух взаимосвязанных условий:
———————————
Атжанов Т.Ж. Специальные основания освобождения от уголовной ответственности (по уголовному законодательству Республики Казахстан) // Проблемы права. 2003. N 1. С. 132.

а) добровольное освобождение похищенного лица;
б) отсутствие в его действиях иного состава преступления.
Данная норма носит поощрительный характер, поскольку дает возможность виновному уже после похищения человека одуматься, а кроме того, помогает удержать преступника от иных насильственных действий в отношении похищенного человека. Это своего рода компромисс, но он оправдан, так как забота об интересах личности должна доминировать, и его можно рассматривать как разновидность деятельного раскаяния.
В примечании к ст. 126 УК РФ содержится аналогичная норма, которая в российской юридической литературе подвергалась серьезной критике. Полагаем, что эту критику вполне можно распространить и на примечание к ст. 125 УК РК.
Так, Р. Соловьев замечает: "При похищении человека достаточно добровольно освободить похищенного, чтобы вопрос об освобождении виновного от уголовной ответственности был решен положительно (примечание к ст. 126 УК РФ). И, судя по всему, безнаказанно похищать человека позволяется сколько угодно раз — лишь бы за этим последовало добровольное освобождение" . Как заметил П. Скобликов, "один из признаков профессиональной преступности — использование преступниками пробелов и противоречий законодательства, чтобы избежать или минимизировать ответственность". Поэтому, по его мнению, для пресечения таких преступлений, как похищение человека, "необходимо предусмотреть в законе, что при неоднократном их совершении для освобождения от уголовной ответственности в случае освобождения виновным потерпевшего требуется мотивированное согласие прокурора". Ученый отмечает, что "законодатель должен был указать определенный порог степени тяжести сопутствующих преступлений, за которые освобождение от уголовной ответственности невозможно, либо не вводить норму об освобождении вовсе" .
———————————
Соловьев Р. Специальные виды освобождения от уголовной ответственности // Законность. 2001. N 11. С. 29.
Скобликов П. Незаконное лишение свободы, похищение человека и захват заложника в новом уголовном законодательстве // Законность. 1997. N 9. С. 53, 54.

В.В. Мальцев полагает, что при низкой раскрываемости похищений людей предоставление преступникам широкого спектра законных возможностей избежать ответственности не может не уязвлять нравственные чувства граждан, не вызывать в них сомнения в справедливости закона и правоохранительной деятельности. Поэтому правильным он считает исключение нормы, предусмотренной примечанием к ст. 126 УК РФ, из Уголовного кодекса .
———————————
Мальцев В.В. Специальные виды освобождения от уголовной ответственности // Уголовное право. 2005. N 3. С. 51, 52.

Исследователи обращают внимание и на другой недостаток рассматриваемого примечания. По словам О. Михаля, примечание к ст. 126 УК РФ не учитывает, как долго человек пребывал в положении похищенного, а также достиг ли виновный своих целей. Такое примечание идет на пользу скорее виновному, чем потерпевшему. В связи с этим автор, приняв во внимание зарубежный опыт и необходимость усиления гарантий уголовно-правовой защиты права человека на свободу и личную неприкосновенность, предлагает пересмотреть примечание к ст. 126 УК РФ и изложить его в следующей редакции: "Лицо, впервые добровольно освободившее похищенного, освобождается от уголовной ответственности, если оно удерживало потерпевшего в неволе не более 24 часов и в его действиях не содержится иного состава преступления. Не является добровольным освобождение похищенного после обещания потерпевшего выполнить или выполнить хотя бы частично условия освобождения либо после достижения виновным иных целей, которых он стремился достичь этим преступлением" . К сожалению, О. Михаль не приводит аргументов в пользу указанного им срока (24 ч), ссылаясь на зарубежный опыт, в частности на УК штата Нью-Йорк (США).
———————————
Михаль О. Вопросы квалификации незаконного лишения свободы, похищения человека и захвата заложников // Уголовное право. 2003. N 4. С. 50.

По мнению Е.В. Ушаковой, срок содержания похищенного похитителем не должен превышать трех суток . По результатам проведенного ею исследования чаще всего похищенный удерживается в неволе в период до трех суток — в 65% случаев (до суток — 23%, свыше пяти суток — 12%). Это объясняется, как считает автор, тем, что потерпевшие в кратчайшие сроки стараются выполнить требования похитителей.
———————————
Ушакова Е.В. Уголовно-правовые и криминологические меры противодействия похищению человека: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 2012. С. 17.

Однако, во-первых, приведенные Е.В. Ушаковой цифры весьма относительны, а во-вторых, не всегда похищение человека сопровождается какими-либо требованиями, нередко присутствуют такие мотивы, как месть, хулиганские побуждения и т.д. Поэтому мы считаем предложенный О. Михалем срок предпочтительным в силу того, что похищенные нередко содержатся в непригодных для жизни помещениях, в условиях, унижающих человеческое достоинство, при этом ограничены в движениях.
Статья 217 УК РК, предусматривающая ответственность за создание и руководство финансовой (инвестиционной) пирамидой, также снабжена примечанием.
Создание финансовой (инвестиционной) пирамиды — это организация деятельности по извлечению дохода (имущественной выгоды) от привлечения денег или иного имущества либо права на него физических и (или) юридических лиц без использования привлеченных средств на предпринимательскую деятельность, обеспечивающую принятые обязательства, путем перераспределения данных активов и обогащения одних участников за счет взносов других, а равно руководство финансовой (инвестиционной) пирамидой или ее структурным подразделением.
Примечание к ст. 217 УК РК фиксирует ряд условий освобождения от уголовного преследования (причем отдельные из них альтернативны):
1) добровольное заявление лица, кроме организатора финансовой (инвестиционной) пирамиды, о пособничестве ее созданию или руководстве ею или ее структурным подразделением;
2) активное способствование раскрытию деятельности финансовой (инвестиционной) пирамиды или пресечению ее деятельности;
3) отсутствие в действиях виновного состава иного преступления.
Первое из приведенных условий вызывает некоторые вопросы.
Можно понять, почему в сферу действия данной статьи попадает пособник — он является наименее опасным соучастником. Но руководитель финансовой (инвестиционной) пирамиды или ее структурного подразделения не менее опасен, чем организатор, на которого действие примечания не распространяется. Поэтому предпочтение, отданное руководителю, не совсем логично. Ввиду того что в примечании упоминаются лишь пособник и руководитель, остается только презюмировать, что рассматриваемая норма касается, кроме того, подстрекателя и исполнителя.
На наш взгляд, примечание к ст. 217 УК РК надлежит изложить в следующей редакции: "Лицо, кроме организатора и (или) руководителя финансовой (инвестиционной) пирамиды, добровольно заявившее о создании и (или) функционировании финансовой (инвестиционной) пирамиды, а также активно способствовавшее раскрытию или пресечению ее деятельности, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится состава иного преступления".
Таким образом, основанием освобождения от уголовной ответственности, предусмотренным в примечании к ст. 217 УК РК, выступает разновидность деятельного раскаяния.
Статья 262 УК РК устанавливает уголовную ответственность за создание, руководство организованной группой и преступной организацией и участие в них. Поскольку речь идет об опасных формах преступного соучастия, законодатель в примечании к данной статье закрепил основание освобождения от уголовной ответственности, которое по своей сути также является разновидностью деятельного раскаяния. Одновременно законодатель счел возможным распространить действие данной поощрительной нормы на деяния, предусмотренные ст. 263 ("Создание и руководство преступным сообществом, а равно участие в нем"), ст. 264 ("Создание и руководство транснациональной организованной группой, транснациональной преступной организацией, а равно участие в них"), ст. 265 ("Создание и руководство транснациональным преступным сообществом, а равно участие в нем"), ст. 268 УК ("Бандитизм").
В силу закона лицо освобождается от уголовной ответственности, если:
а) добровольно прекратило участие в преступной группе;
б) активно способствовало раскрытию или пресечению преступлений, совершаемых или совершенных преступной группой;
в) в его действиях не содержится состава иного преступления.
Законодатель в данном случае оперирует понятием "преступная группа", которое носит комплексный характер, ибо им охватываются такие опасные преступные формирования и объединения, как организованная группа, преступная организация, преступное сообщество, транснациональная организованная группа, транснациональная преступная организация, транснациональное преступное сообщество, террористическая группа, экстремистская группа, банда, незаконное военизированное формирование (п. 24 ст. 3 УК РК).
Буквальное толкование первого условия наводит на мысль, что под действие примечания подпадают только участники преступной группы, исключая организаторов и руководителей, в том числе руководителей структурных подразделений.
К сожалению, коэффициент полезного действия данной поощрительной нормы невелик по причине оговорки в примечании о том, что в действиях лица не должно содержаться состава иного преступления. Следуя элементарной логике, легко догадаться, что виновное лицо, являясь участником организованного преступного формирования, не может не совершать иных противоправных деяний, в силу чего будет привлечено к уголовной ответственности.
Полагаем, что лицо не отважится на сотрудничество с органами предварительного расследования, не имея твердых законных гарантий полного освобождения от уголовного преследования, а потому условие об отсутствии в действиях лица состава иного преступления (исключая, разумеется, преступления против жизни) из примечания следует исключить.
В УК РК также предусмотрена возможность освобождения от уголовного преследования за финансирование деятельности преступной группы (примечание к ст. 266). Для этого должны быть установлены в совокупности следующие условия:
а) лицо осуществляло финансирование деятельности преступной группы под угрозой насилия;
б) добровольно заявило об этом;
в) в его действиях не содержится состава иного преступления.
Думается, что первое условие противоречиво, так как угроза насилием представляет собой форму психического принуждения, и в соответствии со ст. 37 УК РК если лицо вследствие такого принуждения, не могло руководить своими действиями, то оно не подлежит уголовной ответственности; иными словами, угроза насилием относится к числу обстоятельств, исключающих преступность деяния. В любом случае необходимо исследовать характер такой угрозы.
В связи со сказанным возникает необходимость внести изменения в примечание к ст. 266 УК РК, изложив его в следующей редакции: "Лицо, осуществлявшее финансирование деятельности преступной группы под угрозой насилия, если вследствие такого принуждения лицо сохранило возможность руководить своими действиями, и добровольно заявившее об этом, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится состава иного преступления".
Что касается организации незаконного военизированного формирования (ст. 267 УК РК), то лицо освобождается от уголовной ответственности за совершение указанного преступления при наличии трех взаимосвязанных условий:
а) лицо добровольно прекратило участие в незаконном военизированном формировании (это относится и к участникам, и к организаторам, и к руководителям);
б) добровольно сдало оружие и воинское снаряжение;
в) в действиях виновного нет иного состава преступления (имеются в виду преступления против личности, собственности, общественной безопасности и т.д.).
Как и в предыдущем случае, данная норма имеет поощрительный характер и предусматривает специальный вид освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. Здесь также можно вести речь о компромиссе, и законодатель в данном случае преследует цель недопущения возможных отрицательных последствий данного преступления.
Вместе с тем полагаем, что такое обязательное условие освобождения, как сдача оружия и воинского снаряжения, ставит под сомнение эффективность этой нормы. Если лицо добровольно прекратило участие в незаконном военизированном формировании, но утратило оружие и снаряжение или только оружие в силу объективных причин (потеряно, пришло в негодность и пр.), то оно не будет подлежать освобождению от уголовной ответственности, что не совсем оправданно с точки зрения цели нормы-примечания — побудить лицо прекратить преступную деятельность.
В связи с этим предлагаем изложить текст примечания в следующей редакции: "Лицо, добровольно прекратившее участие в незаконном военизированном формировании и сдавшее оружие и воинское снаряжение при его наличии, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится состава иного преступления".
Практически аналогичное положение содержится в УК РФ (примечание к ст. 208) с той лишь разницей, что в нем говорится о сдаче оружия, но не упоминается воинское снаряжение.
Обращает на себя внимание примечание к ст. 347 УК РК: "Лицо, оставившее место дорожно-транспортного происшествия в связи с оказанием помощи пострадавшим, освобождается от уголовной ответственности по настоящей статье".
В указанном случае лицо оставляет место дорожно-транспортного происшествия вынужденно, т.е. в силу крайней необходимости. В соответствии со ст. 34 УК РК не является уголовным правонарушением причинение вреда правоохраняемым интересам в состоянии крайней необходимости, т.е. для устранения опасности, непосредственно угрожающей жизни, здоровью, правам и законным интересам данного лица или иных лиц, интересам общества или государства, если эта опасность не могла быть устранена иными средствами и при этом не допущено превышения пределов крайней необходимости.
Таким образом, оставление места дорожно-транспортного происшествия в связи с оказанием помощи пострадавшим нельзя признать уголовным правонарушением. Причинение вреда при крайней необходимости — это обстоятельство, исключающее преступность деяния. Следовательно, в рассматриваемом случае речь не может идти об освобождении от уголовной ответственности.
Чтобы устранить указанную коллизию, законодателю следует придать примечанию к ст. 347 УК РК сугубо разъяснительный характер, изложив его в следующей редакции: "Лицо, оставившее место дорожно-транспортного происшествия в связи с оказанием помощи пострадавшим, не подлежит уголовной ответственности по настоящей статье".
Вместе с тем здесь возникает проблема конкуренции норм, поскольку оставление места дорожно-транспортного происшествия является одним из частных случаев оставления в опасности, предусмотренного ст. 119 УК РК. Это дает основание говорить о нецелесообразности сохранения ст. 347 в Уголовном кодексе РК. Вероятно, исходя именно из этих соображений, российский законодатель исключил из УК РФ ст. 265, предусматривавшую ответственность за подобное преступление .
———————————
О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ // СЗ РФ. 2003. N 50. Ст. 4848.

Читайте также:
Перевод временного работника на другую временную должность

Таким образом, наличие примечаний к нормам Особенной части Уголовного кодекса РК, предусматривающих специальные основания освобождения от уголовной ответственности, можно только приветствовать, поскольку установлены они в целях стимулирования социально полезного постпреступного поведения. Однако эти нормы требуют законодательного совершенствования.

Список литературы

Атжанов Т.Ж. Специальные основания освобождения от уголовной ответственности (по уголовному законодательству Республики Казахстан) // Проблемы права. 2003. N 1.
Леоненко И.В. Понятие и классификация специальных оснований освобождения от уголовной ответственности // Рос. следователь. 2013. N 17.
Мальцев В.В. Специальные виды освобождения от уголовной ответственности // Уголовное право. 2005. N 3.
Михаль О. Вопросы квалификации незаконного лишения свободы, похищения человека и захвата заложников // Уголовное право. 2003. N 4.
О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации: Федеральный закон от 8 декабря 2003 г. N 162-ФЗ // СЗ РФ. 2003. N 50. Ст. 4848.
Скобликов П. Незаконное лишение свободы, похищение человека и захват заложника в новом уголовном законодательстве // Законность. 1997. N 9.
Соловьев Р. Специальные виды освобождения от уголовной ответственности // Законность. 2001. N 11.
Ушакова Е.В. Уголовно-правовые и криминологические меры противодействия похищению человека: Автореф. дис. . канд. юрид. наук. М., 2012.

Множественность оснований освобождения от уголовной ответственности и их различная юридическая природа вызывают необходимость классифицировать их.

Поскольку любая классификация возможна только тогда, когда имеет в своей основе единство признака или критерия, по которому проводится противопоставление различных видов какого-либо явления, то, прежде всего надо найти такие признаки (критерии). Существует несколько признаков, позволяющих классифицировать основания освобождения от уголовной ответственности, предусмотренные действующим российским законодательством.

Наиболее очевидный вариант классификации оснований освобождения от уголовной ответственности — их деление на общие и специальные основания. Критерием такой классификации служит структура Уголовного кодекса — наличие в нем Общей и Особенной частей. Общая часть содержит шесть оснований освобождения от уголовной ответственности. Четыре из них объединены в главе 11 (ст. ст. 75-78), которая так и называется: “Освобождение от уголовной ответственности”.

Отдельно говорится об освобождении от уголовной ответственности в связи с актом амнистии (ст. 84), который может быть и основанием освобождения от наказания, а также об освобождении от уголовной ответственности несовершеннолетних в связи с применением принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 90). Все названные основания освобождения от уголовной ответственности предусмотрены Общей частью УК, и, соответственно, их можно считать общими основаниями.

Специальными основаниями освобождения от уголовной ответственности следует признать те, которые закреплены в Особенной части УК применительно к конкретным составам преступления (в примечаниях к соответствующим статьям). Всего в действующем уголовном законодательстве РФ насчитывается пятнадцать специальных оснований (ст. ст. 126, 204, 205, 206, 208, 222, 223, 228).

Анализ уголовно-правовых и уголовно-процессуальных норм позволяет сделать вывод, что в ряде случаев освобождение от уголовной ответственности и прекращение уголовного дела — право компетентных государственных органов даже при наличии всех необходимых формальных предпосылок для принятия такого решения. Иными словами, возможность и целесообразность освобождения лица от уголовной ответственности должны оцениваться в каждом случае, прежде всего с точки зрения интересов общества.

В других случаях законодатель обязывает лицо, ведущее производство по делу, применить институт освобождения от уголовной ответственности, если для этого возникает предусмотренное законом основание. Здесь уже нет места усмотрению следователя, органа дознания, прокурора либо суда.

В соответствии с таким подходом все основания освобождения от уголовной ответственности можно классифицировать на две группы: дискреционные и императивные. Дискреционные основания освобождения от уголовной ответственности – это такие основания, при которых освобождение от уголовной ответственности является правом, а не обязанностью компетентного органа, к ним относятся четыре общих основания и два специальных.

Общими дискреционными основаниями являются освобождение в связи с деятельным раскаянием (ст. 75), в связи с примирением с потерпевшим (ст.76), в связи с изменением обстановки (ст. 77), а также освобождение от уголовной ответственности несовершеннолетних с применением принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 90 УК).

К специальным дискреционным основаниям следует отнести случаи освобождения, предусмотренные в примечаниях к ст. ст. 337 и 338 УК, где речь идет о том, что впервые совершивший самовольное оставление службы или части либо дезертирство военнослужащий может быть освобожден от уголовной ответственности, если его деяние “явилось следствием стечения тяжелых обстоятельств”.

Императивные основания освобождения от уголовной ответственности, не допускающие никакого усмотрения со стороны компетентных органов, предусмотрены только в двух статьях Общей части — ст. 78 (освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности) и ст. 84 (освобождение от уголовной ответственности в связи с актом амнистии). В принципе, они более характерны для Особенной части УК: почти все специальные основания освобождения от уголовной ответственности (кроме указанных в ст. ст. 337 и 338) являются императивными.

Следующий вариант классификации оснований освобождения от уголовной ответственности — их деление на субъективные и объективные. Эта классификация построена на разграничении, с одной стороны, тех оснований, когда освобождение от уголовной ответственности ставится в зависимость от позитивного поведения, подлежащего уголовному преследованию субъекта, которое должно быть выражено в конкретных указанных законодателем действиях, а с другой стороны, тех оснований, когда освобождение от уголовной ответственности не зависит от поведения этого субъекта, будучи связанным, с наступлением иных юридически значимых объективных обстоятельств.

Основания первой группы называем субъективными потому, что здесь решающую роль играет воля и действия субъекта, подлежащего уголовной ответственности, а второй группы — объективными, так как в этих случаях освобождение происходит по причине неких объективных факторов, наступление которых не может зависеть от воли лица, освобождаемого от уголовной ответственности.

Читайте также:
Порядок пересечения государственной границы российской федерации

Среди общих оснований освобождения от уголовной ответственности субъективными являются три — освобождение в связи с деятельным раскаянием (ч. 1 ст. 75 УК), в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК) и с применением принудительных мер воспитательного воздействия к несовершеннолетним (ст. 90 УК).

В названных нормах законодатель четко формулирует те действия, которые должны быть совершены обвиняемым либо до принятия соответствующего решения (явка с повинной, способствование раскрытию преступления, заглаживание вреда, примирение с потерпевшим и другие), либо, как в случае с несовершеннолетними, после его принятия для того, чтобы оно приобрело окончательную силу, и не было отменено (исполнение принудительной меры воспитательного воздействия).

Кроме того, субъективными являются почти все специальные основания освобождения от уголовной ответственности, предусмотренные Особенной частью УК, за небольшим исключением.

Объективными основаниями, в свою очередь, является ряд общих оснований. Это — освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки (ст. 77 УК), в связи с истечением сроков давности (ст. 76 УК) и в связи с актом амнистии (ст. 84 УК). Во всех этих случаях законодатель не связывает применение института освобождения от уголовной ответственности с какими-либо действиями обвиняемого.

Специальные объективные основания освобождения от уголовной ответственности в целом нетипичны для действующего российского законодательства, но их также можно обнаружить в тексте УК. Речь идет о случаях, когда лицо, совершившее коммерческий подкуп (ст. 204 УК “Незаконная передача лицу, выполняющему управленческие функции в коммерческой или иной организации, денег, ценных бумаг, иного имущества, а равно незаконное оказание ему услуг имущественного характера за совершение действий (бездействия) в интересах дающего в связи с занимаемым этим лицом служебным положением. Примечание. Лицо, совершившее деяния, предусмотренные частями первой или второй настоящей статьи, освобождается от уголовной ответственности, если в отношении его имело место вымогательство или если это лицо добровольно сообщило о подкупе органу, имеющему право возбудить уголовное дело”) или дачу взятки (ст. 291 УК “Дача взятки должностному лицу лично или через посредника. Примечание. Лицо, давшее взятку, освобождается от уголовной ответственности, если имело место вымогательство взятки со стороны должностного лица или если лицо добровольно сообщило органу, имеющему право возбудить уголовное, о даче взятки”), освобождается от уголовной ответственности в силу того, что в отношении него имело место вымогательство, а также когда военнослужащий, совершивший самовольное оставление части или места службы (ст. 337 УК) либо дезертирство (ст. 338 УК), освобождается от уголовной ответственности, когда его деяние стало следствием стечения тяжелых обстоятельств. Последние две статьи УК вообще стоят несколько особняком среди специальных оснований освобождения от уголовной ответственности.

Наконец, все основания освобождения от уголовной ответственности можно классифицировать на основные и безусловные.

В основе такого деления с материально-правовой точки зрения — возложение или не возложение на освобождаемое от уголовной ответственности лицо определенных обязанностей после того, как соответствующее решение будет принято, а с процессуальной точки зрения — возможность или невозможность отмены решения о прекращении уголовного дела и его возобновления.

К безусловным основаниям относятся те, когда лицо освобождается без применения к нему каких-либо специальных мер или обязанностей, которое оно должно впоследствии исполнять. Соответственно, здесь не может быть особой процессуальной санкции в виде возобновления производства по делу и привлечения лица к уголовной ответственности (нет обязанности — нет санкции). Это, конечно, не значит, что постановление о прекращении уголовного дела в таком случае в принципе нельзя отменить. Но делать это можно лишь по общим основаниям отмены процессуальных решений. Иными словами, если решение об освобождении от уголовной ответственности по безусловному основанию принимается законно и обоснованно, то оно окончательно.

В действующем российском законодательстве безусловными являются все основания освобождения от уголовной ответственности (как общие, так и специальные), кроме одного — освобождения от уголовной ответственности несовершеннолетних с применением принудительных мер воспитательного воздействия. В соответствии со ст. 90 УК и ст. 8 УПК к несовершеннолетнему одновременно с освобождением от уголовной ответственности применяется одна из принудительных мер воспитательного воздействия, предусмотренных уголовным законом. Если он ее не исполняет в течение установленного судом, прекратившим уголовное дело, срока, то принудительная мера отменяется, дело возобновляется и несовершеннолетний привлекается к уголовной ответственности. Такой подход законодателя к этому основанию освобождения от уголовной ответственности позволяет считать его условным

Известно, что уголовная ответственность реализуется в разных формах. Наиболее распространенной является наказание. Суд, назначая наказание с учетом общих начал, предусмотренных ст. 60 УК РФ, делает «прогноз», что вид и срок наказания будут достаточными и необходимыми для достижения стоящих перед наказанием целей: восстановления социальной справедливости, исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. Вместе с тем по истечении времени может выясниться, что назначенное судом наказание по разным причинам оказалось мягким или, наоборот, слишком строгим. В этих случаях возникает необходимость в пределах, установленных законом, либо ужесточить наказание, заменив его более строгим, либо смягчить его вплоть до освобождения от наказания.

В процессе судебного разбирательства при выне?сении обвинительного приговора устанавливается, что цели наказания могут быть достигнуты и без реального отбывания наказания путем применения условного осуждения, отсрочки отбывания наказания и других мер.

В соответствующих ситуациях правоприменитель стоит перед выбором — применить норму о наказании за совершенное преступление или норму об освобождении от наказания. Происходит столкновение норм, их конкуренция. На регулирование одного отношения по реализации уголовной ответственности претендуют одновременно две и более нормы.

Разрешение такого столкновения норм предусмотрено коллизионными нормами УК РФ об условном осуждении (ст. 73), условно-досрочном освобождении (ст. 79 и 93), замене неотбытой части наказания более мягким (ст. 80), освобождении от наказания в связи с болезнью (ст. 81), отсрочке отбывания наказания беременным женщинам (ст. 82), освобождении от наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора суда (ст. 83, 94), амнистии (ст. 84), помиловании (ст. 85), освобождении от наказания несовершеннолетних с применением принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 92). В перечисленных нормах содержатся виды освобождения от наказания, юридическая природа которых состоит в освобождении лица от реального или от дальнейшего отбывания наказания.

Освобождения от наказания является самостоятельным институтом уголовного права. Оно включает в себя нормы, в соответствии с которыми лицо, признанное судом виновным в совершении преступления и понесшее за это наказание, освобождается от реального отбывания наказания или дальнейшего отбывания частично отбытого наказания. Таким образом, в этом институте получили свое закрепление принципы гуманизма и экономии мер уголовной репрессии.

Следует подчеркнуть, что институт освобождения от наказания присущ уголовному законодательству подавляющего большинства современных государств и имеет глубокие исторические корни. Это связано с тем, что реализация целей, стоящих перед наказанием, не обязательно должна сопрягаться с отбыванием осужденным всего наказания. Вполне возможны ситуации, когда цели предупреждения преступлений и исправления осужденного могут быть достигнуты без реального отбывания наказания и тем самым дальнейшее исполнение приговора в известном смысле вступит в противоречие с задачей быстрейшей ресоциализации преступника. Известно, что уголовное наказание (особенно такое, как лишение свободы) далеко не самое лучшее средство для воспитания у осужденного положительных нравственных качеств. Отсюда и вытекает, что в рамках практически любой доктрины уголовного права допустимо и целесообразно существование досрочного освобождения осужденного от наказания.

В определенной мере освобождение от наказания напоминает освобождение от уголовной ответственности. Вместе с тем между этими видами освобождения существуют и принципиальные различия.

Ст. 75 УК РФ четко определяет, что освобождение от уголовной ответственности может быть применено к лицу, если после совершения преступления небольшой тяжести лицо добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления, возместило причиненный ущерб, или иным образом загладило вред, причиненный в результате преступления. Далее в ст. 76-78 УК РФ указывается, что освобождение от уголовной ответственности может быть применено в связи с примирением с потерпевшим, либо лицо может быть освобождено от уголовной ответственности, если преступление небольшой тяжести, если будет установлено, что вследствие изменения обстановки это лицо или совершенное им деяние перестали быть общественно опасными. Деяние может быть и средней тяжести. Ст. 78 УК РФ гласит, что от уголовной ответственности лицо может быть освобождено и в связи с истечением сроков давности. Но во всех этих статьях речь идет только о преступлениях небольшой или средней (ст. 77 УК РФ) тяжести. Ст. 79-83 УК РФ дается определение, в каких случаях может быть осуществлено по закону освобождение от наказания. Освобождение от наказания возможно и в случае совершения лицом тяжкого и особо тяжкого преступления (ст. 83 УК РФ, ч.1).

Вторым отличием является то, что освобождение от уголовной ответственности осуществляется до вынесения судом обвинительного приговора и в связи с этим производится не только судом, но и следователем, прокурором, органом дознания (ст. 6-9 УПК РСФСР). Освобождение от наказания осуществляется после вынесения обвинительного приговора и в связи с этим только судом.

Новый УК РФ предусматривает пять видов освобождения от наказания:

1) условно — досрочное освобождение от отбывания наказания (ст. 79 УК РФ);

2) замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания (ст. 80 УК РФ);

3) освобождение от наказания в связи с болезнью (ст. 81 УК РФ);

4) отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей (ст. 82 УК РФ);

5) освобождение от отбывания наказания в связи с истечением срока давности обвинительного приговора (ст. 83 УК РФ);

Существуют еще два вида освобождения от наказания — вследствие амнистии и помилования. Они имеют особую юридическую природу и в УК рассматриваются в отдельной главе. В данной работе они будут рассмотрены также. Небольшая часть работы будет посвящена и вопросу освобождения от наказания несовершеннолетних.

Как и освобождение от уголовной ответственности, освобождение от наказания является реализацией принципов гуманизма и справедливости. Оно также влечет за собой определенные уголовно — правовые последствия. Факт освобождения от уголовного преследования является юридическим фактом, прекращающим охранительное уголовно — правовое отношение. Следовательно, такое освобождение означает реализацию прав и обязанностей субъектов такого правоотношения. Возобновление прекращенных уголовно — правовых отношений возможно лишь в случаях, специально предусмотренных уголовным законом (например, при условно — досрочном освобождении от отбывания наказания, при освобождении от наказания ввиду болезни и при отсрочке отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей).

Читайте также:
Отключение электричества за неуплату коммунальных услуг закон

Единства мнений относительно классификации (типологии) оснований освобождения от уголовного наказания среди специалистов нет. Каждая из классификационных позиций по-своему интересна и, возможно, даже привлекательна. Предлагается, например, делить все виды: по стадиям, на которых суд принимает решение об освобождении; по наличию или отсутствию условий освобождения; по основаниям и содержанию освобождения; по процедуре и т. д. Думается, теоретическое и практическое значение имеет только такая классификация, которая позволяет, прежде всего правопри-менителю, использовать этот институт для придания уго-ловно-правовому регулятивному механизму большей социальной эффективности.

С этих позиций теоретически целесообразным и практически значимым нам представляется деление всех известных действующему отечественному уголовному законодательству видов освобождения от уголовного наказания на безусловные и условные, в рамках которых должна быть предусмотрена более дробная классификация. Подобная градация предопределяет не только содержание того или иного вида освобождения, особый порядок самой процедуры освобождения, но и разницу уголовно-правовых последствий.

Исходя из этого, рассмотрим три основные группы.

Первую группу составляют следующие виды безусловного освобождения: военнослужащего в связи с его заболеванием; в связи с зачетом времени содержания под стражей; в связи с заменой неотбытой части наказания более мягким видом наказания; по истечении срока давности обвинительного приговора суда; по отбытии срока наказания.

При этих видах освобождения от уголовного наказания перед лицом не ставится никаких условий, что, в свою очередь, исключает возврат на "нулевой" вариант, т. е. вменение ему в обязанность отбыть (доотбыть) наказание, от которого он освобожден, даже в случае его откровенно отрицательного (но не преступного) поведения в последующий период.

Вторая группа включает виды освобождения условного характера, куда входят: условное осуждение; условно-досрочное освобождение; освобождение по болезни; отсрочка отбытия наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей.

Здесь перед освобождаемым официально ставятся условия, которые он обязан соблюдать в период так называемого испытательного срока. В случае же несоблюдения этих условий осужденный обязан полностью или частично отбыть оставшуюся (неотбытую) часть наказания.

В содержание третьей группы входят "сквозные" (универсальные, общие) виды, которые при наличии соответствующих обстоятельств могут быть как безусловными, так и условными. К ним традиционно относятся амнистия и помилование, содержание и специфика которых раскрываются в соответствующей главе настоящего издания.

Институт освобождения от уголовного наказания позволяет воздействовать на осужденных менее интенсивными и суровыми мерами, нежели уголовное наказание, что, в свою очередь, создает дополнительный уголовно-правовой и социально-нравственный стимул для реализации принципа разумной экономии уголовной репрессии. Однако, применяя указанный институт, судебные органы должны иметь в виду рост агрессивной преступности, на фоне которой освобождение от уголовного наказания должно носить не только законный, но и исключительный характер. Данное положение должен помнить и законодатель, предоставляя правоприменителю возможность этими институтами

Не нашли то, что искали? Воспользуйтесь поиском:

Лучшие изречения: Студент — человек, постоянно откладывающий неизбежность. 10228 — | 7239 — или читать все.

91.146.8.87 © studopedia.ru Не является автором материалов, которые размещены. Но предоставляет возможность бесплатного использования. Есть нарушение авторского права? Напишите нам | Обратная связь.

Отключите adBlock!
и обновите страницу (F5)

очень нужно

Освобожде́ние от уголо́вной отве́тственности — отказ государственных органов, осуществляющих уголовное преследование, от дальнейшего производства по уголовному делу, если факт совершения преступления данным лицом доказан. Уголовное дело при этом прекращается без применения к лицу каких-либо уголовно-правовых мер.

Содержание

Основания освобождения от уголовной ответственности [ править | править код ]

Наиболее часто в законодательстве стран мира встречаются такие основания освобождения от уголовной ответственности, как деятельное раскаяние, примирение с потерпевшим и истечение сроков давности. Национальным законодательством также могут предусматриваться иные виды освобождения от уголовной ответственности, которые могут являться специализированными видами перечисленных оснований (например, существующее в России освобождение от уголовной ответственности лиц, совершивших экономические преступления, по своей природе представляющее собой разновидность деятельного раскаяния), так и самостоятельными правовыми институтами.

Деятельное раскаяние [ править | править код ]

Деятельное раскаяние — добровольные действия лица, совершившего преступление, заключающиеся в возмещении или заглаживании вреда, причинённого преступлением, ином устранении или уменьшении его последствий, в информировании правоохранительных органов о факте и обстоятельствах совершения преступления и дальнейшем содействии осуществлению правосудия. Подобные действия в соответствии с уголовным законодательством многих государств влекут смягчение применяемых к лицу мер уголовной ответственности или полное освобождение от уголовной ответственности [1] .

Институт деятельного раскаяния в законодательстве, как правило, отражает стремление государства уменьшить расходы, связанные с расследованием и рассмотрением дела независимо от того, реально ли раскаяние преступника. Кроме того, он призван стимулировать преступника к возмещению причинённого преступлением ущерба. Отсутствие фактического раскаяния может быть учтено судом при решении вопроса о применении норм о деятельном раскаянии, однако законодательство большинства государств таких требований не содержит [1] .

В общей части уголовного законодательства он закреплён в законодательстве практически всех государств СНГ (кроме Киргизии), Бразилии, КНР, Латвии, Монголии, Польше, Республики Корея, Чехии, Японии. Применительно к отдельным видам преступлений (как правило, это тяжкие преступления против государства и общественной безопасности, например, шпионаж или террористический акт) нормы о деятельном раскаянии встречаются в законодательстве Австрии, Германии, Испании, Италии, Колумбии, Франции, Швейцарии. В основном эти нормы направлены на стимулирование членов групповых преступных формирований к выдаче своих сообщников [2] .

Деятельное раскаяние по своей природе схоже с добровольным отказом от преступления. Во многих государствах (например, Бразилии, Германии, Италии, Швейцарии) деятельным раскаянием фактически считается добровольный отказ от преступления при оконченном покушении: то есть предотвращение наступления преступных последствий после того, как все необходимые преступные действия были совершены (например, деактивация заложенного взрывного устройства) [3] .

В странах англо-американской правовой системы институт деятельного раскаяния практически неизвестен, однако широко используются так называемые «сделки о признании вины», которые представляют собой заключаемое в рамках уголовного процесса соглашение между обвиняемым и обвинителем, предполагающее смягчение наказания в обмен на сотрудничество со следствием.

Примирение с потерпевшим [ править | править код ]

Примирение с потерпевшим — существующий в уголовном праве многих государств мира институт, предполагающий освобождение от ответственности либо значительное смягчение наказания преступнику, достигнувшему с потерпевшим соглашения о примирении (как правило, предполагающего возмещение причинённого вреда). Соответствующие положения могут содержаться как в уголовном, так и в уголовно-процессуальном законодательстве [3] .

Классическое уголовное право является строго публичной отраслью права: уголовное преследование в классической модели осуществляется независимо от того, желает ли потерпевший привлечения виновного к уголовной ответственности. В последнее время наблюдается отход от данной модели, предполагающий признание более активной роли потерпевшего в уголовном судопроизводстве, а также большую диспозитивность уголовно-правовых отношений. Появляются такие концептуальные альтернативы традиционной репрессивной уголовной политике, как «восстановительное правосудие» и уголовно-правовая медиация (посредничество). Их смысл заключается в смещении акцентов с наказания преступника на восстановление нарушенных преступлением общественных отношений [3] .

В настоящее время подобные процедуры внедрены во многих странах: Австралии, Бельгии, Великобритании, Германии, Канаде, Нидерландах, Новой Зеландии, Польше, США, Франции, Чехии и других [3] . Для гармонизации соответствующих процедур в различных странах Комитетом Министров Совета Европы была принята Рекомендация № R(99)19 от 15 сентября 1999 года «Посредничество в уголовных делах».

Как правило, примирение с потерпевшим регулируется нормами уголовно-процессуального права. В уголовном законодательстве соответствующие нормы встречаются относительно редко. Так, они присутствуют в уголовных кодексах многих государств постсоветского пространства, а также Монголии и Румынии, где примирение с потерпевшим выступает основанием освобождения от уголовной ответственности. Возможность примирения связывается с выполнением ряда условий [4] :

  • невысокая степень опасности совершённого преступления.
  • совершение преступления впервые.
  • признание вины.
  • достижение соглашения о примирении.
  • возмещение причинённого ущерба или иное заглаживание вредных последствий преступления.

Законодательство большинства государств, содержащее соответствующее норму, предоставляет суду возможность не применять соответствующую норму, даже если соглашение о примирении достигнуто. Освобождение, как правило, носит безусловный характер [4] .

Уголовное законодательство некоторых стран включает в себя институт прощения потерпевшим виновного. В отличие от примирения с потерпевшим, прощение возможно также на стадии исполнения наказания [5] . Традиционным является институт прощения потерпевшего для стран мусульманской правовой семьи.

Истечение сроков давности [ править | править код ]

Сроки давности в уголовном праве — периоды времени, по истечении которых не применяются правовые последствия совершения преступления. В частности, лицо может освобождаться от уголовной ответственности. Течение срока давности в этом случае начинается с момента совершения преступления и может приостанавливаться или прерываться ввиду наступления установленных законом обстоятельств.

Институт сроков давности известен уголовному праву достаточно давно. Он применялся ещё в Древнем Риме.

Он был воспринят континентальным правом, и в настоящее время присутствует в праве большинства стран романо-германской правовой семьи (в уголовном или уголовно-процессуальном законодательстве) [6] .

В странах англо-саксонской правовой семьи применение сроков давности сильно ограничено и, как правило, возможно лишь в преступлениях небольшой тяжести (мисдиминорах и суммарных преступлениях) [6] .

Вопрос об основаниях установления сроков давности в публичном праве является спорным. Одними авторами они связываются с презумпцией утраты общественной вредности самим правонарушением по прошествии длительного времени с момента совершения правонарушения [7] [8] . Согласно другой точке зрения, с истечением сроков давности пропадает целесообразность привлечения лица к уголовной ответственности [9] . Третья точка зрения связана с признанием утраты лицом, совершившим преступление, общественной опасности при условии длительного правомерного поведения [10] .

Имеются также и иные соображения, требующие отказа от применения мер уголовной репрессии к лицам, совершившим преступление достаточно давно [11] . В большинстве случаев при этом акт преступления утрачивает социальную актуальность, в результате чего меры уголовной ответственности не будут иметь должного предупредительного эффекта, а также не будут способствовать удовлетворению потребности потерпевшего и общества в целом в восстановлении социальной справедливости. Кроме того, имеются соображения чисто процессуального свойства: по прошествии длительного времени установление истины в уголовном процессе затруднено из-за утраты доказательств, сложностями с получением достоверных свидетельских показаний и т. п.

Законодательством могут устанавливаться условия, при которых общественная опасность преступления не может быть утрачена со временем и, соответственно, не могут быть применены сроки давности. На международном уровне установлено, что сроки давности не применяются к лицам, совершившим военные преступления и преступления против человечества [12] .

adminlawsexp

adminlawsexp

Оставить комментарий

avatar
  Подписаться  
Уведомление о